Как украсть… губернию?

В нынешнем году наша с вами область переживает юбилей весьма сомнительного свойства – 90-лет тому назад, в 1929-м, была упразднена Костромская губерния…

Для начала совершим небольшой экскурс, из которого узнаем, что в далеком 1797 году при императоре Павле I эта самая губерния была образована, и благополучно сохранялась во внешних и внутренних своих границах вплоть до 1917 года. Таким образом, накануне Октябрьской революции родная нам высшая единица административно-территориального деления Российской империи включала 12 уездов – Буйский, Варнавинский, Ветлужский, Галичский, Кинешемский, Кологривский, Костромской, Макарьевский, Нерехтский, Солигаличский, Чухломской и Юрьевецкий, в состав которых входило ни много ни мало, а 260 волостей…

Между тем, уже в первые «красные» годы стартовало активное «растаскивание» территории губернии. Все началось в январе 1918-го, на III Всероссийском съезде Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, где наряду с утверждением «Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа» было принято такое себе постановление. Честно говоря, это просто удивительно, что в условиях все еще не завершившейся Первой мировой и набирающей ход Гражданской войны, в период петроградского голода и холода, неразберихи, разброда и фактически полного отсутствия государственности делегаты озаботились учреждением Иваново-Вознесенской губернии. И все бы ничего, но во вновь образованную губернию из нашей Костромской были переданы Кинешемский, Юрьевецкий уезды и часть (16 волостей) Нерехтского уезда. А вскоре новоиспеченному образованию отошли еще шесть исконных наших волостей.

Очередное покушение (и, увы, вновь результативное) на территориальную целостность Костромской губернии состоялось в 1922 году. Постановлением Президиума Всероссийского центрального исполнительного комитета (ВЦИК) от 5 июня Варнавинский и Ветлужский уезды «перечислялись» в состав Нижегородской губернии. А июльским постановлением ВЦИК опять-таки в Иваново-Вознесенскую губернию был передан Макарьевский и большая часть земель упраздненного Ковернинского уезда, просуществовавшего не более четырех лет.

Между тем «реформаторы от географии» только лишь входили во вкус. В рамках вновь образованного СССР и Костромской губернии в частности началось укрупнение. Так, например, в течение 1923 года число волостей Костромского и Солигаличского уезда уменьшилось наполовину, Буйского, Галичского, Кологривского и Чухломского – более чем в два раза, а Нерехтский уезд потерял две трети своих административно-территориальных единиц – было 18 осталось 6. В целом же по губернии число волостей сократилось со 137 до 62.

Впрочем, практиковались и иные способы административного «избиения» извечных костромских городов. Так, Кадый и Унжа Макарьевского уезда, ранее переданного, как мы указывали, в Иваново-Вознесенскую губернию, в 1924 году были «разжалованы» в статус сёл. А в 1925-м та же участь постигла заштатный город нашей губернии – Судиславль. В целом же к этому году в составе Костромской губернии числились всего лишь семь городских поселений: Кострома, Буй, Галич, Нерехта, Солигалич, Чухлома и Кологрив. (Для справки, сегодня в Костромской области насчитывается 12 городов).

Нельзя, впрочем, утверждать, что все эти странные и непонятные новации были явлением местным или уникальным. Продлившиеся в течение десятилетия, они в той или иной степени коснулись всего СССР и являлись подготовительными мерами к внедрению системы административно-территориального устройства страны. И вот, осенью 1928 года ВЦИК принял постановление «О районировании Костромской губернии», которым упразднялись семь оставшихся уездов и на их базе сформированы 19 районов.

Но, как оказалось, все предыдущие метаморфозы были лишь цветочками. Ягодкой же, этакой «вишенкой на торте», стало «убийственное» от 14 января 1929 года постановление ВЦИК во главе с председателем – «всероссийским старостой» М.И.Калининым. Согласно документу, с 1 октября 1929-го образовывались Северный край, Нижегородская и Иваново-Вознесенская области, причем в состав последней, наряду с Иваново-Вознесенской, Владимирской и Ярославской, передавалась целиком и наша губерния! В марте того же года вновь созданная единица была переименована в Ивановскую Промышленную область, и теперь уже бывшая Костромская губерния вошла в нее в качестве округа. А к осени 1930 года обширная и уважаемая «колыбель династии Романовых» «съёжилась» до статуса, хотя и очень крупного, но заурядного района.

К слову, о государях-императорах. Бытует мнение, что более чем очевидная и общеизвестная связь августейшей фамилии с Костромой сыграла с нашей землей злую шутку. При этом менее чем за два десятилетия до ликвидации губернии в историческую топку подбросили немало свежего угольку. Имеется в виду визит в наш город императора Николая II с супругой, наследником и великими княжнами, имевший место в мае 1913 года по случаю торжеств, связанных с 300-летием дома Романовых. Представляется, что насыщенная и «долгоиграющая» программа празднования с посещением Ипатьевского монастыря, иллюминацией и фейерверками, притом широко освещаемая в прессе, накрепко запомнилась российской публике. А спустя несколько лет, в 1918-м, страну сотряс злодейский ночной расстрел царской семьи в Екатеринбурге. И вот, дескать, чтобы вытравить память о «Николае-кровавом» и (или) хоть как-то скрыть следы собственного бесчеловечного преступления, большевики и расправились с «рассадником царизма». Но были ли эти факторы определяющими для принятия решения о расформировании Костромской губернии? Вряд ли. Хотя, теоретически, могли использоваться в качестве довода против ее существования на «глобусе» страны советов.

И все-таки в нашем случае не стоит, пожалуй, подозревать в предвзятости и злокозненности вдохновителей первой реформы 1923-29 гг. Можно предположить даже, что сотрудники Госплана (а именно этот орган являлся инициатором преобразований, связанных с укрупнением регионов) руководствовались вполне благими, но, как вскоре выяснилось, ошибочными соображениями.

Уже в следующем, 1930 году, началось разукрупнение страны, обратное дробление ее наспех сколоченных, огромных областей и еще более громоздких краёв. А в 1936-м Ивановская Промышленная область была разделена на две части, но Костромская губерния в статусе области вернулась на карту страны лишь в августе 1944 года. Впрочем, это совсем другая история, которая, почему бы и нет, еще возможно будет рассказана…

А нам остается лишь поблагодарить своих коллег-предшественников, сотрудников ГАКО, составителей «Справочника по административно-территориальному делению Костромской области» (1955 год), из которого почерпнут основной массив сведений и фактов, использованных в нашем рассказе.

И, напоследок, хотелось бы поделиться одним неочевидным, но забавным наблюдением. Дело в том, что ввиду множества преобразований и реорганизаций советских лет не так уж и сложно «заблудиться» в областях, губерниях, уездах и районах, а также в годах, когда эти территориальные единицы были «прописаны» на нашей земле. Поэтому не только современные журналисты, но и некоторые краеведы-исследователи, не давая себе труд ознакомиться с историко-географическими нюансами и боясь попасть впросак, предпочитают оперировать размытым, обтекаемым и, к слову, более присущим средним векам термином «Костромской край».

Пресс-служба ГАНИКО

Дореволюционная карта Костромской губернии
Дореволюционная карта Костромской губернии 

Карта Костромской губернии (1924 г.)
Карта Костромской губернии (1924 г.) 

Председатель ВЦИК Михаил Иванович Калинин
Председатель ВЦИК Михаил Иванович Калинин 

Карта Ивановской Промышленной области (1935 г.)
Карта Ивановской Промышленной области (1935 г.) 

Царская (Николая II) семья
Царская (Николая II) семья 

Карта Костромской области (1956 г.)
Карта Костромской области (1956 г.) 

Назад